После манифеста, 19 февраля 1861 года о так называемом освобождении крестьян Алек­сандр II стал увольнять своих либеральствую­щих министров. 15 марта 1861 года он под­писал указ об увольнении Пирогова от должности попечителя, Другого назначения Николай Иванович не получил.

К киевскому периоду педагогической дея­тельности Пирогова относится знаменитая серия статей о нем Н. А. Добролюбова. Рас­ценивая воспитательные идея гениального хирурга так же положительно, как их расце­нивал Н. Г. Чернышевский, великий критик в то же время отмечал непоследовательность Пирогова как административного деятеля. Но об этом у многих составилось неправильное представление, которое встречается иногда и теперь. В этой книге не представляется воз­можным подробно рассмотреть вопрос о столк­новении гениального критика-революционера с Пироговым. Вкратце дело обстояло так.

В одесском округе попечитель Пирогов от­менил телесные наказания учащихся, дока­зывая вред этой меры в педагогическом отношении и нецелесообразность ее в отноше­нии административном. Вместо розог он ввел товарищеские суды учащихся.

В Киеве Пирогов также пытался циркуля­рами и статьями уничтожить телесные наказания, но встретил сильное противодействие со стороны местных педагогов. Многие из них уже отказались от иллюзии медового месяца русских свобод. К тому же они учуяли, что «наверху» Пироговым недовольны. Директора гимназий говорили, что учителя не могут войти в класс, если у них будет отнято такое верное устрашающее средство, как розги. «Не важно даже, чтобы ученик был нака­зан, — говорили они, — важно, чтобы он знал, что может быть наказан».

Николай Иванович забыл, что, принимая должность попечителя, он ставил свои условия и обещал «не перерождаться», забыл, как он заявлял попечителю Медико-хирургической академии, что Считает недостойным уступать требованиям большинства, если эти требова­ния идут в разрез с его убеждениями. Неуступ­чивый и резкий в вопросах науки и личной жизни, Пирогов оказался покладистым в делах общественных и, уступая натиску реак­ционных чиновников-педагогов, утвердил пред­лагаемые ими правила о проступках и наказа­нии учеников. В этих правилах были и такие меры, как наказание розгами. Однако самые правила попечитель отредактировал так, что фактически телесные наказания в школе от­менялись. Чтобы высечь ребенка, учитель дол­жен был преодолеть столько формальных пре­пятствий, что не только терялся всякий смысл этой меры, но часто не удавалось и применить ее. Но признание знаменитым ученым самого принципа телесных наказаний вызвало возму­щение в радикальных кругах общества и на­падки на Пирогова в печати. Резче всех напал на него Н. А. Добролюбов. Вместе с тем он ясно и определенно писал, что выступает про­тив Пирогова только потому, что авторитет великого ученого и популярного попечителя, оставляющего в школьной системе розгу, хотя бы условно, узаконяет меру реакционную и вредную для дела воспитания. При всей рез­кости своих статей Добролюбов выгораживает Пирогова из круга киевских педагогов, против которых, собственно, и направлена его статья. Он подчеркивает, что Пирогов действует гласно, а большинство педагогов — сторонни­ки сечения — прячутся за него.

Статьи Добролюбова и его сатирическое стихотворение о киевских розгах вызвали Сильный шум в либеральной печати, Старав­шейся под видом защиты Пирогова облить помоями «мальчишек», позволяющих себе учить старших и перестраивать жизнь.

Пирогов напечатал в киевских «циркулярах» «Отчет о следствиях введения правил .», где заявляет, что правила «были не поняты, искажены и представлены в превратном виде». С обычной своей прямотой, не прячась за ди­ректоров и педагогов, Пирогов берет вину на себя и откровенно говорит об умеренности своих общественно-политических взглядов, о своем подчинении - существующему строю.

Проводы Николая Ивановича после уволь­нения его с поста киевского попечителя пре­вратились во всероссийский триумф популяр­ного учёного и педагога. В то же время устроенные в честь Пирогова банкеты носили характер всеобщего протеста против ясно на­метившегося в период реформ поворота прави­тельства к политике реакции.